Узнал, несмотря на то, что на карточку снялся отец не один, а с товарищем, и, кроме того, отпустил усы. Небольшие усы, но густые и очень пышные.

Товарищ отца был тоже усатый, но чуть помоложе, и улыбался так, что лукавые глаза его совсем защурились, и от них разбегались весёлые морщинки.

Отец с товарищем стояли в обнимку. Стояли не где-нибудь, а на палубе корабля у стального поручня. И по этому поручню, по краешку железной палубы, видной на фотографии, было совершенно понятно: корабль этот — боевой! И стоят на нём Сашин отец и его друг тоже в полной боевой морской форме. Да мало того, что в форме, а на кителе у каждого — орден Красной Звезды.

На другой стороне карточки с угла на угол разбежалась чёткая надпись:

Павла Юрьевна как глянула на фотографию, так сразу похлопала по карману безрукавки, вынула тонкое, в блестящей оправе пенсне, защипнула пружинками переносицу и, отнеся от себя фотографию на всю длину руки, произнесла:

— Ох, Саша! Какой у тебя геройский отец! И лейтенант Бабушкин тоже герой, хотя о своих подвигах они ничего и не пишут… Когда станешь посылать ответ, не забудь поздравить с наградой товарища капитана и товарища лейтенанта от всего интерната и от меня лично.

Она положила фотографию, повернулась к окну, почему-то вздохнула и быстро пошла к двери. А Саша крикнул ей:

— Напишу! Обязательно напишу! — А ещё он громко добавил: — Май-о-о!

И это на языке североамериканских индейцев значило «Хорошо! Прекрасно!».

Саша умеет разговаривать не только по-английски, а почти на всех языках всего мира, Правда, из каждого он знает лишь два-три словечка, он вычитывает их из приключенческих книг, новее равно Павла Юрьевна однажды назвала его полиглотом. Назвала при всех, и все интернатские жители сначала смутились, потому как подумали: слово это ругательное. Но когда Павла Юрьевна объяснила, что так называют людей, знающих много иностранных языков, то и Митя, и все малыши стали уважать Сашу ещё больше.